Чарльз Дарвин работал над своей теорией о происхождении видов с 1837 г., и хотя был близок к ее публикации еще в 1844 г., решил это отложить на некоторое время, пытаясь понять процессы адаптации балянусов (усоногих раков) и составить их классификацию с точки зрения эволюции. С этой целью он начал собирать и описывать балянусов, как современных, так и ископаемых. В 1851–1855 гг. Дарвин опубликовал четыре авторитетных прекрасно иллюстрированных тома об этих оседлых ракообразных, и приступил к созданию заключительной монографии, несмотря на то, что иногда непонимание этих усоногих приводило его в настоящее бешенство. В 1859 г., после публикации работы О происхождении видов, он отметил в своих заметках, что именно эти «несчастные» балянусы заставили его задуматься о генезисе и связях видов на основе гомологии и эмбриологии. Жозеф де Боскет, фармацевт из Маастрихта, который изучал ископаемые позднего мела, собирая их в обнажениях близлежащего холма Синт-Питерсберг (Sint-Pietersberg), с декабря 1852 по ноябрь 1856 года переписывался с Дарвином на тему усоногих, обмениваясь монографиями, рукописями, гравюрами с рисунками образцов и самими образцами. Дарвин был глубоко признателен за поддержку и понимание, которые он получал из Маастрихта, когда пытался окончательно определиться с пониманием своих балянусов.

Автор статьи ставит вопрос о том, можно ли заниматься постантропоцентрической герменевтикой. Он отмечает необходимость направить герменевтическую мысль проблеме не-человеческого, особенно в контексте современных диагнозов антропоцена, климатического и экологического кризиса и т.п. Такая постантропоцентрическая коррекция герменевтики возможна благодаря расширению значения понятия «понимание», которое разделяется на понимание не-человеческих других и понимание совместно с не-человеческими другими. Такое расширение соответствует многим идеям, сформулированным в рамках animal studies, экокритики или постгуманизма. Однако для того, чтобы такое расширение произошло, необходима также биополитическая коррекция герменевтики, возвращающая субъекта герменевтики к биологической и материальной жизни.

Целью данной статьи является сбор и интерпретация размышлений Мишеля де Монтеня о лошадях и верховой езде. Автор утверждает, что существуют две основные области, в которых эта тема использовалась Монтенем, то есть хрупкость и непредсказуемость человеческой жизни, а также взаимоотношения души и тела. В обоих случаях Монтень делает переоценку классической культуры. В первом случае интерпретация «обучения смерти» это искусство подвергать себя непредсказуемому, во втором – тесная связь умственной деятельности с телесными процессами.

Телеология – древняя убеждение, что существование всех существ служит определенной цели (Бог создал их по какой-то причине), удивительно вездесуще в современной школьной образовательной практике и практике управления окружающей средой. Это приводит к утверждению, что человек является «хорошим садовником», который отбирает полезные виды и удаляет вредные путем планирования и обеспечения соблюдения их численности и площади распространения. Такой подход противоречит современным знаниям о пластичности видов и экосистем, которые изменяются в результате сложных природных явлений. В результате возникает конфликт между теми, кто хочет защитить отдельные виды, потому что они выполняют определенную роль, и теми, кто хочет защитить Природу ради нее самой, видя ее собственную ценность.

Животные уже с древних времен вызывали большой интерес у людей, поэтому невозможно пройти мимо такого близкого человеку элемента биосферы. Признание животных сакральными существами и их культ является одним из основных элементов тотемизма, то есть убеждений определенной группы о ее происхождении от звериного предка. Именно такую картину представляет культура аборигенов. Настоящий текст сквозь призму мистической связи «аборигены–животные» указывает, какую роль в культуре коренных жителей Австралии играет утконос, и является попыткой заполнить пробелы в гуманитарных исследованиях о животных, потому что до сих пор об этом животном нет монографий в области религиоведения, культуроведения или animal studies. В работе проанализированы рассказы из Времени сновидений, рассказывающие о происхождении этого млекопитающего, а также указаны его характерные черты (как с мифологической, так и с биологической точки зрения) и функция в жизни членов племени, особенно в свете водной символики.

В научном исследовании использовались изображения животных, которые функционировали в пропагандистских текстах, созданных в Советском Союзе. Они были нацелены на определенную социальную группу – людей, разделяющих взгляды на существование Бога. Пропаганда в своем содержании ссылалась на славянский фольклор. Монстры, гиены, шакалы, грызуны, гидры и насекомые используются пропагандистами для изображения «чужого» или «врага». На основе анализа метафор, сравнений, фразеологических отношений и других средств выражения был представлен способ дискредитации людей, а также животных. Стереотипное восприятие живых существ, презрительное отношение к ним и предрассудки оказывали влияние на формирование у реципиентов специфических установок и моделей поведения (тревога, отвращение, ненависть), что в итоге усиливало процесс стигматизации, дискредитации и маргинализации. Советская пропаганда, используя образы животных, воспринимаемых как существа с гораздо более низким культурным статусом, способствовала социальной изоляции религиозных групп, а также усилила стигматизацию, в том
числе также некоторых живых организмов.

В настоящей статье рассматриваются контакты, взаимодействия, отношения и даже межвидовые связи на материале одного из самых известных культурных текстов – Гамлет Уильяма Шекспира, в котором нашли убежище и привидение, и червь. Трагедия Гамлет затрагивает различные вопросы пространства/земли/гастрономии Эльсинора. Расследуя «неестественную» смерть своего отца, Гамлет замечает множество природных явлений, включая круговорот материи, в котором черви играют важнейшую роль. Автор статьи стремиться показать, что хотя черви мало что значат в культуре, то для экосистем они, перерабатывая органические остатки и удобряя землю, являются важными существами, которые оказывают реальное влияние на их состояние и баланс. Гамлет явится вдохновением для размышлений о старинных и современных похоронных практиках – с одной стороны, и о собственном будущем месте из церемонии захоронения автора статьи – с другой.

Андрей Белый, как и большинство русских символистов, перенимал и транспонировал в свое творчество мифических персонажей и сюжеты, в особенности, родом из античности. Кентавры ведут свою родословную из греческой мифологии и чаще всего изображаются в виде гибридных существ (полулюдей-полуживотных). В восприятии Белого они становятся символом двойственной природы человека, страдание которого проистекает из одновременной принадлежности двум мирам: людей и животных, материи и чувств, духа и низменных влечений. Кентавры – это для поэта братья, с которыми он чувствует органическую связь и которых он напрасно призывает. В произведениях Белого образ этих мифологических существ служит элементом художественной игры с читателем (через аналогию с «играми кентавров»), благодаря которой становится возможным уяснение отношения поэта к мифу об этих существах, к окружающей действительности, и в конце концов – к самому себе. Сам же миф раскрывает свой философский, психологический и герменевтический потенциал. Поэтому присутствие кентавров у Белого имеет многоуровневый характер, который зиждется на взаимопроникновении привычного и чужого, прирученного и дикого, реального и космического. Все это определяет трансгрессивное качество мифа о кентаврах в творчестве русского символиста.

В литературе лошадь обычно изображается как верный спутник человека, благородное и умное животное. Однако образ лошади в некоторых произведениях приобретает загадочность, вызывает ужас, страх, символизирует внутреннюю тревогу или желание убежать. Иногда лошадь даже отождествляется с посланником смерти, он воплощает в себе темные непостижимые силы, которые человеческий разум не может понять. Этот аспект неисследованного характера лошади в немецкой литературе является предметом рефлексии.

Хотя в своей поэзии и Болеслав Лесьмян, и Георг Тракль ставят вопрос о месте человека в мире, то можно считать, что их выводы и ответы ведут к утверждению, что «сохранить и спасти человека может –
как пишет Тадеуш Славек в своей статье Спасающая опасность постсекуляризма – только то, что нееловеческое ассоциируется с Богом или животным». Это утверждение становится для автора статьи своего рода отправной точкой (Ansatzpunkt), позволяющей сравнить В полете Лесьмяна и таинственный образ синего зверя (ein blaues Wild) в стихотворениях Тракля. Предлагаемая параллель должна показать, насколько нарушена идентичность животного, являющегося другим, чужим существом, от которого человек отчетливо отделяет себя. Это нарушение видимо уже на уровне языка – по размышлениям Деррида слово «животное» подразумевает насилие, от Декарта к Лакану называющее совершенно разные существа, носящие разные наименования. Тем не менее, животное Лесьмяна, подобное Богу, и синий зверь из работ Тракля трудно однозначно назвать и описать. Эти образы заставляют читателя сосредоточиться, что делает язык подозрительным. В связи с этим анализ языка в данной статье направленна то, чтобы проанализировать значение существительного «животное», рождающего такие проблемы, потому что без понимания природы этого существительного, невозможно ответить на вопрос, что есть «божественное» и что есть «человеческое».

The literary works of Sever Gansovsky are an excellent example of modern eco-literature. For many years, the writer worked with the genre of eco-science fiction, which is engaged into the study of the nature of human existence and the interaction of humans with non-human animals. The methods of Human-Animal Studies, applied to science fiction works, allowed us to analyze the writer’s novels in the context of the latest research in eco-literature and bioethics. The object of this study is the novel Little Animal, written in 1969. The novel tells a story of a small boy who is particularly cruel to animals. Little Animal represents the creation of a man as an exponent of a new eco-culture. The novel shows the formation of a new cognitive model of the world, in which
animals are playing a mediating role between the man and the nature that is beyond the limits of human experience.

В статье затрагивается проблема опровержения негативного восприятия волка у жителей Аляски в романе Ника Джанса Ромео по имени Ромео. Уничижительное восприятие существования волка берет свое начало в преследовании этого хищника, которое началось в XVII веке. Документальный роман Ника Янса повествует о семилетнем сосуществовании жителей Джуно на Аляске с одиноким, неприрученным волком. Этот роман развенчивает стереотипные, негативные представления о волках. Эта песня является важным голосом в комплексе мер по защите волков на Аляске и литературной иллюстрацией этапов постепенных изменений того, как люди воспринимают волков – от негативного до позитивного отношения к ним.

Статья является литературной интерпретацией рассказа Поминки и сопровождающей его иллюстрации постмодернистского австралийского художника Шона Тана, чьи работы вписываются в дискурсы постгуманизма. Данный текст – уникальное произведение, далекое от классических рассказов о животном мире в новейшей детской литературе. Автор анализирует произведение с точки зрения исследований о животных, прав животных и их субъективности, уделяя особое внимание дискуссии о новом понимании смерти животного-компаньона в XXI веке. Микрорассказ Тана это отличный пример литературы, адресованной молодому читателю, потому что в ней отсутствует характерный для автора рассказа опасный повествовательный прием, то есть сентиментальная антропоморфизация животных. Именно она заставляет нас воспринимать животное как героя текста культуры сквозь призму человеческого опыта и эмоций. Автор статьи предлагает также использовать данное произведение в начальной школе для образовательного проекта Неантропоцентрическая область памяти о животных со следующим девизом: «Как часто бывает, что мы не замечаем животных, хотя постоянно делим с ними мир?».

Статья предлагает интерпретацию романа Барбары Гоуди Белая кость (1998). Действие романа происходит в Кении в 1980-х гг., то есть в период крупнейшего в истории страны убийства слонов браконьерами. Герои романа – слоны, ищущие мифическое Безопасное место. Роман Гоуди часто классифицируется как постколониальный, потому что повествование ведется вразрез с колонизационным дискурсом. Одновременно, книга – попытка рассказать об опыте слонов, а сам рассказчик становится в этом случае как переводчиком, так и посредником между животными двух разных видов. Представление о том, что животное думает и чувствует, происходит за счет антропоморфизации этого животного. Однако анализ предполагает, что антропоморфизм не всегда означает антропоцентризм, и может указывать путь к эмпатии.

1907 году Монтана была штатом, в котором скотоводы вели войну против волков, а охотники рассказывали истории о волках, нападающих на домашний скот. В том же году одна жительница пограничной зоны решила вырастить и приручить двух волчат. Во времена, когда господствовали предубеждения против хищников, Эвелин Кэмерон пыталась найти себя как в мире мужчин, так и волков. Результаты можно найти в мемуарах, письмах и фотографиях Кэмерон. Статья представляет собой попытку проследить историю преследования волков в Монтане в 1880–1930-е гг. глазами Кэмерон и показать изменения в восприятии этого вида животных на примере истории двух волчат по кличке Тусса и Вичарпи.

Статья посвящена сравнению названий звуков, которые производят люди и животные. Такие слова принадлежат к большему набору лексики, определяющей мир слуховых восприятий. Исторические, грамматические и семантические закономерности для них одинаковы. Различия заметны в семантических деталях и прагматике этих названий, что касается, в частности, гораздо большей частоты использования названий человеческих звуков. Лингвистическая относительность в большей степени охватывает названия звуков животных. Широкое использование названий звуков животных по отношению к людям сопровождается регулярными негативными оценками и выражением презрения к человеку, указанному в качестве исполнителя звукового акта.

По мнению Яна Вавжиняка, отношение человека к другим личностям, не являющимся людьми (non-human persons) характеризуется этологической ложью. В отношениях к личностям, не являющимся людьми, человек проявляет видовой шовинизм (species chauvinism). На основании опроса, касающегося способов разговорного понимания «бесчеловечного», «скотского», «звероподобного» поведения, можно описать функционирование этих понятий среди среднестатистических пользователей польского языка. В статье представлены результаты этих исследований. В опросе участвовали 50 человек, студентов и студенток бакалавриата по специальности филология. Исследования были проведены с использованием теста на причинно-следственные связи (because-test) и свободных ассоциаций.

В статье анализируются фразеологизмы, содержащие название животного (анималистические фразеологизмы) в польском и хорватском языках, а также зооинвективы, т. е. лексемы, обозначающие животных, которые могут выступать в качестве отрицательных определений человека. Обращается внимание на антропоцентрическое отношение к животным во фразеологии, использование их для негативной оценки человеческих черт и поведения, таких как: глупость, жестокость, упрямство, чрезмерное половое влечение, oбжорство, пьянство, фальшь, неискренность, уродство, неуклюжесть. Анималистическая фразеология также отражает аспект плохого обращения с домашними животными (собака, кошка) и сельскохозяйственными животными (лошадь, вол, осел, домашняя птица). Явление такой негативной оценки некоторых представителей фауны можно рассматривать как своеобразное проявление «языка вражды», так как этот язык способствует созданию и усилению нега-
тивных стереотипов и культурных образов некоторых животных.

The article focuses on the Russian and Polish proverbial and idiomatic units (mainly of folk origin) typical for describing the human intellect and foolishness containing the zoonyms referring to some birds and mammals. The analysis of the Russian material shows high frequency of animal names referring to birds, especially hens and geese which in the folk/mythological reflection receive a lot of negative features. These features are the symbols of foolishness and narrow-mindedness. On the other hand, the Polish proverbial and idiomatic material shows that the similar symbolism is reflected by the representatives of some mammals.

Изображение, в общем, понимается как образ, воображаемое или подобие. В настоящее время это понятие связано с его формированием и восприятием с целью воздействия на окружающую среду. Таким образом, думая об изображении, в первую очередь мы воспринимаем его личные коннотации. Можно ли анализировать изображение животного, а точнее лошади? Оказывается, да, потому что этот представитель парнокопытного млекопитающего, сопровождавший человека в его жизни с доисторических времен, появился в искусстве, в том числе в кино. Он имел честь быть его объектом, или, скорее, субъектом. Среди множества ролей, которые он должен был сыграть, была еще и гуманизирующая роль – роль терапевта. Цель статьи – представить образ лошади как терапевта в избранных примерах фильмов и проанализировать его.

Непредсказуемые и непонятые кошки продолжают гипнотизировать, привлекать и в то же время пугать людей. В XVI–XVII веках кошки терроризировали людей как помощники ведьм, воплощение Дьявола и его посланников. В наши дни у них все еще есть способность вызывать чувство незащищенности и опасности. Из многих домашних животных, представленных в радиопередачах, кошки являются наиболее популярными. Радиодрама – идеальный способ показать неуловимость и загадочные способности кошек. Будучи «слепыми медиа», радиоспектакль может почти интуитивно передать двусмысленность и представления о кошках. В радиоспектакле Koty to dranie Ежи Яницкого стереотипы о кошках берут верх над человеческим здравым смыслом, и бездумная жестокость по отношению к ним представлена как внезапное и неожиданное действие. В свою очередь, Катажина Грохоля в Kot mi schudł предлагает, с одной стороны, интересное исследование широко распространенного плохого обращения с кошками, бесполезности кошек в человеческих глазах, но с другой стороны, способности кошек изменять человеческую жизнь. Кошки, как правило, довольно убеждены, поэтому они чаще, чем любое другое животное, способны не только изменить ход событий в сюжете, но также могут быть особым мостом между контрастирующими мирами или условностями. Кошка – это не просто кошка. Это начало, развитие и конец невидимого мира радиодрамы, которому приписывается целый ряд свойств.

Еще в древние времена верховая езда завладела сердцем аристократии. Лошадь считалась уникальным существом, ставшим символом благородного происхождения. В Древней Греции всадник приравнивался к воину. С лошадями связан ряд политических и социальных значений, важных также в Средние века и раннее Новое время. Важную роль, которую лошади играли в обществе, нашла свое отражение в искусстве: живописи и скульптуре. Первая Речь Посполита была страной, которая особенно любила лошадей, придавая им новые символы и значения.

Изображение лошадей является одной из самых популярных тем в исландском искусстве. Образ исландской лошади можно интерпретировать как элемент национального самосознания исландцев: начиная с времен заселения Исландии лошади участвовали в строительстве государства и формировании общества. В статье автор иллюстрирует символическое значения лошади в Исландии, ссылаясь на две сферы: священную (верования и скандинавская мифология) и светскую (труд, повседневная жизнь). Мотив лошади рассматривается как в традиционных представлениях (искусство и литература), так и в современном повествовании изобразительного искусства (живопись и кино). Аргументация основана на (со)отношениях лошади и человека в Исландии, с особым учетом того, как человек относился к лошади и представлял ее себе, а также насколько близко эти два вида жили вместе на протяжении лет.

Высокий уровень контрабанды животных уже несколько лет наблюдается в Польше. Согласно статистике Министерства финансов за предыдущий год в Польше в 2018 году было перехвачено 13 811 видов животных, считающихся редкими согласно Конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (CITES). Масштаб и характер явления свидетельствуют о глобальной проблеме в этой области. Большое значение на этапе реагирования на это явление имеют отечественные, международные и правовые нормы ЕС. Следует также обратить внимание на бесчеловечное обращение с животными во время перевозки контрабандой. В статье предлагается теоретический подход к проблеме, масштаб явления и действия, которые могут способствовать его борьбе.

В статье предпринята попытка показать уголовные последствия для людей, бросающих животных, в соответствии с польским законодательством. Цель данной статьи – представить оставление животных как одну из форм жестокого обращения с животными. Статья систематизирует применимые меры наказания с учетом польского уголовного законодательства. Кроме того, будет затронута и проблема оставления животных на основании польского гражданского законодательства, включая правовой статус животных в правовых и материальных отношениях. В конечном итоге будут обсуждаться трудности, связанные с доказательством, с учетом существующей судебной практики и результатов эмпирических исследований, проведенных в последние годы.

Парламентский проект поправки к закону о защите животных, представленный маршалу Сейма в ноябре 2017 года, был одной из самых амбициозных попыток законодательных мер по защите животных в Третьей Республике Польши. Самым громким предложением в упомянутом проекте был запрет о содержании и разведения животных на мех. В статье авторы затрагивают вопросы о политических причинах провала этого проекта. Стало ли сопротивление со стороны крупного бизнеса решающим в условиях такой сильной централизации политической власти? Какие политические условия должны быть выполнены для таких далеко идущих социально-экономических изменений, мотивированных общественной моралью и защитой окружающей среды? Почему вопрос о запрете разведения животных на мех вызывал такие противоречивые и сильные эмоции в политическом дискурсе? Что важнее: экономическая прибыль, основанная на жестоком обращении с животными или жизнь разумных и автономных существ?

Based on the fish tank symbolism in the dream books some features are derived and determined. These features are typical of the reception and feeling of the so-called imaginative pictures which are typical of imagining, feeling, experiencing and realizing of the conceptual-assessing and sensitive impressions. The assumptions connected with the observation of the object, as well as with being there (i.e. in a fish tank), are presented and discussed. These are the features which are determined both separately and mutually and they describe the states in question. The reptiles and fish (mentioned in the title), according to the interpretations quoted, are both the element which fills up a fish tank and the projection of its positive character (or a negative
one in the case of its absence). On the other hand, in a non-visible but perceptible way they become involved with the subject that is observing them in a fish tank and then with a human being and that human being is to some extent identified with that subject. All those elements mentioned above, together with the characterized semantics of those images (i.e. a fish tank with reptiles and fish inside), are the key to understanding the way the human consciousness is able to transfer itself into another existence, with the interpretation of the visible and non-visible world as experienced by the human.

Текст представляет собой попытку осмыслить возможность выхода за рамки языка, в центре которого находятся человеческие интересы и человеческая перспектива. Поводом для этого послужила обширная и очень эрудированная книга Аниты Яжины Post-koiné. Исследования о неантропоцентрических (поэтических) языках (Лодзь, 2019), автор которых ищет неочевидные места в избранных литературных произведениях, что позволяет говорить о некоторых ненасильственных формах контакта с животным и даже о возможности выразить его инаковость на человеческом языке. Наиболее дискуссионными темами являются проблема субъекта (в том числе писателя), вопрос о творческом различии человека и животного, а также баланс между обязанностями женщины-интерпретатора и мечтами активистки.